Археология - Стоянки древнего человека на Зюраткуле

                               Стоянки древнего человека - озеро "Зюраткуль"

В 1968-1969 годах на Зюраткуле работала Южно-Уральская комплексная археологическая экспедиция Института археологии Академии Наук СССР под руководством Г.Н.Матюшина и начальника Зюраткульского археологического отряда С.В.Ошибкиной. Из саткинцев в раскопках приняли участь М.А.Коростелев (инспектор Южно-Уральского бассейнового управления, председатель Саткинского райсовета ВООП) и директор Саткинского краеведческого музея В.П.Пономарева. Экспедиция всесторонне обследовала памятники мезолита и неолита от Волги и Камы до Урала и Тобола. Она побывала на берегах Демы, Белой, Уфимки и Ая, дошла до озера Зюраткуль, и окончательно установила, что заселение Урала, Предуралья и Среднего Поволжья произошло примерно в один период — в конце плейстоцена и начале раннего голоцена, т.е. сразу же после отступления ледников с территории Восточной Европы, около 15тысяч лет тому назад.

Г.Н. Матюшин так описал сенсационное открытие зюраткульских находок: «Первые яшмовые поделки здесь были найдены при ремонте плотины в 1967 году, когда уровень озера понизился и обнажилось дно. При обследовании озера в 1968-1969 годах нами было открыто восемь стоянок человека каменного века. Некоторые из них были долговременными поселениями, другие лишь кратковременными стоянками, третьи — местами остановок древних рыбаков и охотников. И на всех этих стоянках найдены орудия из яшмы. На двух из них (мысы Каменный и «Долгий ельник») во время раскопок обнаружены остатки древних жилищ, стены которых выложены камнем. В жилищах всевозможные кремниевые и яшмовые поделки и обломки таких же сосудов с орнаментами, какие встречались на Чебаркульской стоянке и которые мы видели в Миасском, Златоустовском, Саткинском и Челябинском музеях. Это украшенные загадочными рисунками неолитические сосуды, изготовленные около 5-6 тысяч лет назад. На «Долгом ельнике» при подъеме воды в озере слой земли, который прикрывал остатки жилища каменного века, был размыт, но так как течения здесь не было, то все находки остались на своих местах. Когда из-за ремонта плотины уровень озера понизился на 4-5 метров, нашему взору открылась редкая картина — развалы стен жилища, очаги с грудами осколков камня, орудий, грузил, сосудов и т.п. лежали прямо на поверхности, как будто бы только что были оставлены первобытными рыболовами. Раскопок не требовалось — все лишнее смыла вода. Правда, от долгого пребывания под водой некоторые древнейшие предметы, например, сосуды, стали рыхлыми и под палящими лучами солнца прямо на наших глазах рассыпались в прах. Приходилось очень оперативно консервировать то, что сохранилось. Орудий из яшмы на этой стоянке было меньше, больше было изделий из кремня, сланца и даже гранита, который вообще-то малопригоден для орудий. Особенно восхищали длинные, острые, прямо-таки ювелирно обработанные кинжалы, с обеих сторон они были покрыты ретушью — следы сколов мелких чешуек образовали как бы тонкую рябь по всей поверхности орудия, казалось, древние люди хотели изобразить на твердом камне волнующуюся поверхность озера.

            В жилище на Каменном мысу вместе с яшмой, кремневыми и сланцевыми орудиями были найдены мотыги, изготовленные из кварцита. Эти редкие находки наводят на размышления. Мотыга — земледельческое орудие, и то, что мы нашли мотыги в жилище каменного века, позволило предполагать, что на Южном Урале уже в то время появилось земледелие.

На южном берегу озера, на Безымянном мысу, располагалась самая древняя стоянка. Она относилась к эпохе мезолита (8-12 тысяч лет назад). Орудий из яшимы здесь было больше, чем на неолитических поселениях. Особенно любопытны были маленькие (всего 1,5-2 см в длину) яшмовые ножички в виде правильных ромбов, трапеций и треугольников. Вначале они поразили нас своей остротой — ими можно было бриться. Позднее, когда мы с ними столкнулись не раз на стоянках в центре яшмового пояса, оказалось, что с этими трапециями связано много интересных научных проблем. Вначале нужно разобраться, где местные первобытные художники добывали яшму для своих чудесных поделок и орудий. Самое интересное было то, что и трапециевидные ножички и резцы, скребки и другие орудия, найденные при раскопках на Зюраткуле, были сделаны из той же темно-красной с нежно-зелеными полосками яшмы, из которой были выполнены чаша-храм, колонны на беломраморном камине Зимнего Дворца и другие шедевры 18-го и 19-го веков. Только на Зюраткуле яшма использовалась на десять тысяч лет раньше».

Выяснилось, что на поделки эпохи мезолита и неолита зюраткульские аборигены использовали только кушкульдинскую яшму, которую брали на озере Узункуль вблизи нынешней деревни Наурузово (южнее Миасса). Многие яшмовые изделия представлены нуклеусами и микролитами. Микролиты — значит «маленькие камни» «микрос» — «малый»), кремнивые или яшмовые орудия, 1-2 см длины, имеющие форму треугольников, ромбов, трапеций, сегментов. Геометрические микролиты до сих пор находили только на юге Европы, в Прикаспии, на Ближнем Востоке, на Кавказе, Крыму. О назначении их было много споров. Предполагали, что это предметы искусства, орудия для бритья, ритуального обрезания и т.п. Споры шли до тех пор, пока в Западной Европе не нашли микролиты воткнувшимися в позвоночники убитых животных. Стало ясно, что они использовались как наконечники стрел. А на стоянке «Янтелька» были найдены остатки ножа, в лезвие которого были впрессованы острые, тщательно подогнанные друг к другу трапеции и треугольники из яшмы. Видимо, строгая геометричность позволила быстро и точно подгонять вкладыши для лезвий любого орудия. Один и тот же микролит можно было использовать и в качестве наконечника на стрелы, и в качестве вкладыша в лезвие кинжала, и в качестве рыболовного крючка, зуба гарпуна или остроги. Геометрические микролиты дали новый ключ к решению проблемы происхождения многих народов. Дело в том, что все эти трапеции, треугольники, ромбы имели своеобразную выемку, которую делали только мастера Южного Прикаспия — Ирана, Ирака и других стран. Сходство между южноуральскими и иранскими микролитами было настолько разительным, что, казалось, их сделал один мастер. Особой «производственной» ценности эта выемка не имела, но, видимо, это был своеобразный знак племени. На Кавказе, в Крыму и других местах микролиты были без выемок и не были такими вытянутыми, как на Урале и Прикаспии. Хотя стоянки с микролитами были, как правило, связаны с рекой Урал и её притоками, по которым могло прийти в древности население с Прикаспия, долгое время в это не верили, так как на промежуточной территории между Уралом и Южным Прикаспием микролитов не находили. Только в последдние годы стоянки с микролитами были найдены по всему Восточному Прикаспию и даже на реке Эмбе и Среднем Урале. Стало ясно, что где-то в конце ледникоового периода в зону яшмового пояса Урала проникло население с Прикаспия. Интересно, что когда археологи нанесли на карту все места на таких микролитов, то оказалось, что от Северного Ирана и Ирака они вдоль восточного берега Каспия к Южному Уралу и на северо-запад, к Средиземноморью, к берегам Европы, но вот вглубь они почти не заходят, возникло   предположение,   что около   10-12   тысяч   лет   назад   население «полумесяца плодородия» - Ближнего Востока, где тогда возникло земледелие и скотоводство, стало вдруг расселяться по берегам морей на запад и на север вплоть до Урала. Американские исследователи, в частности, профессор Чикагского колледжа Роберт Брейвуд, познакомившись с зюраткульскими находками, также подтвердил предположение о том, что Южный Урал в период каменного века был заселён выходцами из Южного Прикаспия. Что заставило древних людей переселиться на столь далёкие расстояния – сказать трудно, но можно отметить, что в это время на всей планете резко повысилась температура на несколько десятков градусов. Это привело к таянию ледников на севере, а на юге — в горах Загреса и Южном Прикаспии, это, видимо, привело к засухе, которая заставила переселиться на север людей, и животных. Любопытно, что племена с геометрическими микролитами заселяли именно те области Евразии, которые теперь занимают родственные по языку народы индоевропейской семьи. Может быть, такое расселение по широкой территории в мезолите и привело к распространению родственных языков и культур.

Удалось проследить и пути проникновения южноуральского населения в каменном веке на запад вплоть до Прибалтики и Финляндии. При раскопках стоянки каменного века на территории Финляндии найдены сани, изготовленные из уральского кедра. Оказалось, что главными путями проникновения из Азии в Европу в то время были озеро Зюраткуль, реки Большая Сатка, Ай и далее. По реке Ай стоянки восточно-уральского типа распространяются вплоть до устья, в то время как в других районах Урала они нигде не переходят рубежей Европы и Азии. Озеро Зюраткуль при этом служило своеобразной перевалочной базой. Особенно мощными оказались поселения на Каменном мысу и мысу «Долгий ельник».

Кушкульдинская яшма на редкость красива. Она сургучно-зеленого цвета. Тёмно-вишневые полосы на ней чередуются без всякого смешения с ярко-зелёными. Изделия из кушкульдинскои пестроцветной яшмы обнаружены экспедицией Г.Н.Матюшина на озере Чебаркуль, по рекам Ай, Юрюзань, Уфимка, Белая и даже на Волге. В Саткинском районе микролиты и нуклеусы находят на берегах Саткинского пруда, на Каиновой горе, на левом берегу реки Сатки ниже Старого завода, на реке Ай возле Чеславской пещеры, на Медвежьем берегу около Межевого. Г.Н.Матюшин так писал о нуклеусах: «Нуклеус — это ядрще, с которого скалывались тонкие, узкие пластинки — ножички. Таких пластинок встречалось очень много и большей частью яшмовые, хрустальные попадались очень редко. Делать из горного хрусталя ножевидные пластинки вряд ли целесообразно при таком обилии яшмы в округе. Да и нуклеусы были настолько малы по своим размерам — не толще авторучки, что вряд ли имели значение в хозяйстве. Скорее всего, хрустальные нуклеусы имели какую-то эстетическую, чисто художественную или ритуальную ценность».

Наиболее древняя стоянка человека среднекаменного века (мезолита) обнаружена на мысу «Долгий ельник». Ее возраст от 15 тысяч лет до 6 тысяч лет до новой эры. Видимо, это была первая попытка людей каменного века проникнуть в горы и освоить до того времени недоступную территорию высокогорья. На «Долгом ельнике» люди продолжали жить и в более поздние вре­мена.   Здесь   обнаружено    поселение   неолитического    времени (5-3-е тысячелетия до нашей эры) с большим количеством топоров, ножей, скребков, проколов и других орудий из камня. Остатки многочисленных сосудов или украшены затейливым узором — орнаментом, отражающим не только верования древнейших рыболовов Урала, но и их эстетические вкусы и запросы. Сосуды из обожженной красной глины по своей форме, как и повсюду в каменном веке лесной полосы СССР, были яйцевидные. В глину добавля­юсь белая слюда (мусковит). На сосудах по всей поверхности наносился орнамент. На некоторых первобытных горшках изображалась жизнь, видимо, самого племени. По всей поверхности их идут ряды треуголных фигур (хижин!). У некоторых сосудов такие хижины имеют вид трапеций. Видимо, это другого типа жилища – с плоской крышей. Иногда они стоят на ровной линии, на «земле», а иногда погружаются в неё. Может быть, так изображались землянки, которые были найдены вовремя раскопок на поселении. Собственно, древним зюраткульцам (охотникам, рыболовам, земледельцам, скотоводам) не нужны были слишком тёплые жилища. Археологи сумели реконструировать климат тех эпох и установили, что он был довольно тёплый, благоприятный для выживания, такой же примерно, как теперь на юге Украины или в Средиземноморье, а на месте нынешних хмурых ельников и пихтачей росли дубы, клены, вязы, кипарисы. Уже в железном веке (а рубеже первого тысячелетия до новой эры) вновь вернулись арктические холода, и берега озера опустели. Интересны остатки крупных рыболовных сетей, свидетельствующие о том, что основным занятием населения было рыболовство. Подобные поселения обнаружены на Каменном мысу, а также на Безымянном мысу. На Каменном мысу поселение каменного века занимало лощадь около 9 тысяч квадратных метров и было, видимо, долговременным. У кромки воды найдены размытые следы стоянок эпохи бронзы и тут же остатки стоянки эпохи железа. Есть свидетельства, что древнейшее население Зюраткуля было знакомо с земледелием и скотоводством.

 

(Из книги Ю.Н. Горячев, ВП. Чернецов «Сатка в прошлом и настоящем)